И многое другое

К счастью, такие модные словечки как «секундочку» или «точно» стали употребляться не так часто. Гораздо лучше некоторые неологизмы молодежи. Несколько из них я взял на вооружение: мифический, франт, выживший из ума, голодный как волк, кипяченый, бисексуал, карамба и бездельник


Очевидно, что людей, достигших зрелого возраста, иногда коробит развитие языка. Они не принимают новые словечки подростков. Они только надеются на то, что эти словечки будут в употреблении недолго, как это случилось с таким выражением как «предки». Оно было в употреблении в 1950-1960-е годы, а те, кто его до сих пор применяет, как раз и относится к «предкам». Другое словечко «зверски» я услышал из уст женщины неопределенного возраста и понял, что в далекие 50-е годы она была подростком. Но если новые словечки появляются в молодежной среде, то это дело молодежи. В их устах они развлекают. Они шокируют, когда их используют взрослые.

Мне совершенно не нравилось, когда, начиная с 80-х годов, ко мне стали обращаться «проф». Разве инженера называют «инж», а адвоката «адв»? Ну еще доктора называли «док», но это было на Западе, и обычно «док» умирал от алкоголя.

Я никогда открыто не выражал свой протест, потому что обращение «проф» содержало в себе некоторое доверие и симпатию, но оно меня раздражало и раздражает до сих пор. Мне больше нравилось, когда в 1968 году студенты и служители учебного заведения называли меня Умберто и обращались ко мне на ты. Кто знает почему, когда ко мне обращаются «проф», мне приходит на ум персонаж с лицом Рикки Мемфиса.

Другая вещь, с которой я свыкся, — это то, что все женщины делятся на брюнеток и блондинок. В какой-то момент «брюнетки» вероятно вышли из моды, что заставляет меня вспоминать песни 40-х годов и прически с челкой. В какой-то момент все молодые люди и даже взрослые стали называть брюнеток «мора». Вчера я встретил это определение в журнале в статье о балетном танцовщике.

Это ужасное выражение, потому что в прошлые времена «морами» называли одалисок-мусульманок, которые танцевали на трупах последних защитников Фамагусты, а сегодня оно вызывает у меня в воображении детину в майке, взывающего к проходящей мимо девушке-брюнетке, иллюстрации Боккасиле и молодых итальянок, победительниц конкурса «Пять тысяч лир за улыбку», благоухающих модными духами. Но блондинки остались блондинками (платиновыми, пепельными или соломенными), а темноволосые превратились в «мор», даже если у них лицо Одри Хепберн. В общем, я предпочитаю англичан, которые говорят «темноволосые» или «брюнетки».

Но все сказанное не означает, что я — враг всего нового, и постепенно я внес в мою лексику, если не активную, то пассивную множество новых словечек. Несколько дней тому назад один 14-летний подросток сообщил мне, что в Риме, хотя и понимают еще слово «мариновать» (прогулять школу), но чаще говорят «помочиться на школу».

Сказать по правде, я предпочитаю неологизмы молодежи дурной привычке взрослых часто повторять «и многое другое». Разве нельзя сказать «и так далее»? К счастью, такие модные словечки как «секундочку» или «точно» стали применяться не так часто, но «многое другое» слышится в речах серьезных людей, что можно сравнить с часто употребляющимся во Франции выражением «incontournable», которое используется, когда собеседника призывают обратить внимание на нечто важное, что нельзя пропустить. Это может быть человек, проблема, истечение срока уплаты налогов, обязанность надеть намордник на собаку или существование Бога.

Источник: L’Espresso
Перевод: Иносми.ру